Library

127 >

что  Дора не поймет  его: ее  серьезное лицо девочки-женщины расплывается  в
улыбку. Но  понимает Профессор, и вся эта картина  отпечатывается  у  него в
памяти с  необыкновенной четкостью: Кот стоит перед Дорой и смотрит на нее с
любовью, но без тени вожделения, а она отвечает ему материнской улыбкой.
     Кот набрасывает  на плечи пиджак и уходит вразвалочку. Что-то небывалое
случилось в их "норке": они  нашли мать,  они обрели  материнскую  нежность,
есть теперь кому  позаботиться  о  них...  Когда  он  пришел  к  Далве,  она
почувствовала, что с ним творится что-то не  то, удивлялась  и выпытывала, в
чем  дело,  но  Кот хранил  тайну  свято.  Далва  не поймет,  каково это  --
встретить на земле давно умершую мать.
     ...Профессор  начал читать,  и  Большой  Жоан  уселся рядом с ним. Ночь
выдалась  дождливая, и в  книжке,  которую  читал своим товарищам Профессор,
рассказывалось о том, как в такую  же  ненастную ночь  попал в беду  большой
корабль. Капитан был жесток, он избивал своих матросов хлыстом. Парусник мог
в любую  минуту перевернуться,  хлысты офицеров без  пощады обрушивались  на
обнаженные  спины   матросов...   У  Большого   Жоана   на   лице  появилось
страдальческое  выражение. Вертун,  державший  в  руках  газету  с очередной
заметкой  про Лампиана, не решился  прервать Профессора и тоже заслушался...
Матросу  по  имени  Джон   крепко  досталось  от  капитана,  потому  что  он
поскользнулся на палубе и упал.
     --  Был  бы  там  Лампиан,  уж  он  бы  этого капитана... --  дал  волю
переполнявшим его чувствам Вертун.
     Но отомстил капитану  смельчак Джеймс. Он взбунтовал экипаж. За стенами
пакгауза лил дождь. Дождь хлестал и на палубу мятежного корабля.  На сторону
матросов встал один из офицеров.
     -- Вот молодец! -- воскликнул Большой Жоан.
     Они  понимали толк  в  геройстве.  Вертун  наблюдал за  Дорой. Глаза ее
блестели -- она тоже пленилась отвагой мятежников, и это понравилось мулату.
Джеймс смело  ринулся в схватку и увлек за собой матросов. Вертун от радости
засвистал, подражая какой-то сертанской пичуге; засмеялась и довольная Дора.
Так  смеялись они вдвоем, а потом  смех их  подхватили и Профессор с Жоаном.
Подошли  и  другие,  чтобы  дослушать  конец  истории.  Они посматривали  на
серьезное  лицо  Доры,   девочки-женщины,  а   она  отвечала   им  взглядом,
исполненным  материнской   любви.  Когда  же   Джеймс  выбросил  капитана  в
спасательную  шлюпку  и  крикнул:  "У  змеи  вырвано  ядовитое  жало!",  все
захохотали вместе с Дорой, поглядывая на нее с любовью -- так глядят дети на

Следующая

127 >