Жоржи Амаду. Капитаны песка - ПУТИ-ДОРОГИ
160 >
мои надежды.
Никогда еще пассажира, плывущего третьим классом, не провожало столько
народу. Вертун на прощание подарил Профессору свой нож. Педро шутил и
смеялся, из кожи вон лез, чтобы всем было весело. Один только Большой Жоан
не скрывал печали.
Педро долго махал вслед пароходу, и Профессор видел издали его берет.
Оказавшись среди незнакомых людей, среди офицеров в мундирах с галунами,
важных господ и нарядных дам, он вдруг оробел и растерялся. Отвага его
осталась на берегу, но в груди горело пламя любви к свободе. Эта любовь
заставит его забыть академические каноны своего учителя, написать картины,
которые и восхитят всю страну, и ошеломят ее.
Прошла зима, прошло лето. Снова наступила зима -- с затяжными дождями.
Каждую ночь завывал за стенами пакгауза ветер.
Теперь Леденчик продает на улицах газеты, чистит башмаки, перетаскивает
багаж туристов. Удается кое-что заработать: он бросил воровство. И не ходит
больше на промысел вместе с другими. Педро разрешил ему остаться в пакгаузе,
хотя не очень-то понимает, что творится в душе Леденчика: знает только, что
тот хочет сделаться священником, избегнуть уготованной им всем доли. Ну и
что? Ничего это не изменит, не исправит в их жизни. Падре Жозе так старается
помочь им стать людьми, но ведь он один как перст, а все остальные вовсе не
считают, что он поступает правильно. Успеха можно добиться, только если все
разом приналягут, как говорит старый докер Жоан де Адан.
А Леденчика звал Господь. По ночам мальчик явственно слышал его голос,
-- он звучал где-то внутри его существа, был могуч, как голос моря, как
голос ветра, и, минуя разум, шел прямо в сердце. Голос звал его, обещал
счастье, вселял ужас. Голос требовал его всего, целиком, безраздельно, а за
это обещал ему счастье. Голос велел Леденчику служить Богу и был могуч, как
рокот моря, как вой ветра. Леденчик посвятит себя Богу, он отвергнет все
соблазны, он очистится от грехов, и за это Господь явит ему свой
божественный лик. Леденчик спасет свою душу, он раскается во всех своих
прегрешениях, мир ничем больше не прельстит его: глаза его будут незрячи --
только тогда смогут они лицезреть Бога. Тому, кто не сумел очиститься, лик
Господа явится грозным, точно штормовое море. А тому, чьи помыслы чисты, чьи
глаза не замутнены созерцанием непотребств, он предстанет кротким и
ласковым, как морская гладь в солнечный тихий день.
Леденчик избран Богом. Но и жизнь в шайке тоже отметила его своей