Жоржи Амаду. Капитаны песка - ОГНИ КАРУСЕЛИ
45 >
крепче зажмуривается, и бесследно исчезают жестокие солдаты, смеющийся
человек в жилете: Вертун застрелил их на всем скаку. Безногий выпрямляется в
седле: он несется над волнами к звездам, и такого чудесного путешествия даже
Профессор не выдумает, не вычитает в книжке. Сердце его колотится так
сильно, что он невольно прижимает к груди ладонь.
В эту ночь "капитаны" кататься не пришли. Во-первых, слишком поздно
остановилась наконец карусель (в два часа ночи она еще крутилась), а
во-вторых, у многих, в том числе у Педро Пули, Долдона, Барандана и
Профессора, нашлись неотложные дела. Решили идти на следующий день, часа в
три-четыре. Педро спросил у Безногого, научился ли тот управлять каруселью.
-- А то вдруг поломаешь там чего-нибудь... Жалко будет твоего хозяина.
-- Да я эту механику как свои пять пальцев знаю... Запустить -- плевое
дело.
-- Может, там и промыслим чего-нибудь? -- спросил Профессор.
-- Ясное дело, -- ответил Педро. -- Но думаю, что всем скопом являться
не надо: увидят такую ораву -- беды не оберешься.
Кот сказал, чтобы днем его не ждали: он будет занят, и как раз для
того, чтобы к ночи освободиться.
-- Дня прожить не можешь без своей клячи. Поберег бы здоровье, --
поддел его Безногий.
Кот не удостоил его ответом. Большой Жоан тоже отказался: они с
Богумилом собрались к доне Анинье на фейжоаду. Наконец договорились, что
днем на площадь пойдет несколько человек -- "работать", а остальные пусть
промышляют где-нибудь еще. К ночи соберутся все и все вместе пойдут кататься
на карусели. Безногий предупредил:
-- Только надо будет бензину достать.
Профессор, который три раза подряд обыграл Большого Жоана в шашки,
пустил шапку по кругу. Набрали денег на два литра.
Но в воскресенье в пакгауз пришел падре Жозе Педро -- один из тех
немногих, кто знал, где обитают "капитаны". Падре уже давно дружил с ними, а
началось все с Долдона. Однажды он после мессы пробрался в ризницу той
церкви, где служил падре Жозе Педро. Долдон залез туда больше из
любопытства, чем с какой-нибудь определенной целью: он всегда плыл по
течению и ни о чем не заботился. В шайке был он вроде прихлебателя: время от
времени ему везло, и он срезал у прохожего часы или выносил что-нибудь
ценное из квартиры, но услугами перекупщиков не пользовался -- отдавал
добычу Педро Пуле. Это был его вклад в общий котел. У него было множество