Library

56 >

     Педро Пуля швырнул монету в четыреста рейсов, и она, ударившись о стену
таможни, отскочила  к ногам  Долдона.  Медяк Леденчика упал  между  монетами
Долдона  и Педро.  Долдон,  сидя  на  корточках,  внимательно  следил за  ее
полетом. Вытащив изо рта сигарету, он сказал:
     -- Это по мне. Люблю, когда сначала не везет.
     Они продолжили игру, но вскоре медяки Долдона и Леденчика  перекочевали
в карман Педро Пули.
     Прямо перед ними покачивались на якорях рыбачьи баркасы. Из ворот рынка
толпой выходили люди. В этот  час троица "капитанов" поджидала Богумила: его
баркас  должен был вот-вот причалить к берегу.  Капоэйрист отправился ловить
рыбу: кормило-то его все-таки море. Игра в "пристеночек" продолжалась до тех
пор, пока Педро Пуля не обыграл своих партнеров в пух и прах. Шрам у него на
щеке заблестел, обозначился четче. Он  любил схватиться в честном поединке с
сильными партнерами вроде Леденчика -- тот долго не  знал себе равных в этой
игре -- или Долдона. Когда игра кончилась, Долдон вывернул карманы:
     -- Одолжи-ка мне немного, видишь -- ни гроша не осталось, -- и добавил,
поглядев на парусники: -- Богумил подгребет попозже. Сходим на причалы.
     Леденчик сказал, что останется и будет ждать, а Педро  Пуля согласился.
Они шли по берегу, ноги их вязли в глубоком песке. Какое-то судно отваливало
от пятого причала, где суетились грузчики. Педро Пуля спросил Долдона:
     -- Не хотел бы плавать?
     -- Там видно будет... Мне и здесь неплохо. От добра добра не ищут.
     -- А  вот я бы пошел в матросы. Как здорово лазать по мачтам!.. А когда
шторм!.. Помнишь ту  историю -- Профессор нам читал?  Ну,  как они  попали в
ураган? Красота!
     -- Да, здорово...
     Педро  стал  вспоминать  историю Профессора. А Долдон  подумал: дураком
надо быть, чтоб  по своей воле уехать из  Баии.  Вот он подрастет немного, и
начнется  расчудесная  жизнь  портового  молодца: нож за  поясом,  гитара за
спиной, красотка на пляже. Чего еще надо? Вот жизнь, достойная мужчины.
     Они подошли к воротам  Седьмого пакгауза. На ящике сидел Жоан де  Адан,
чернокожий грузчик-силач, принимавший участие  во  всех забастовках, гроза и
предмет восхищений всех портовых докеров. В зубах трубка, мышцы чуть не рвут
рубаху.
     -- Кого я вижу?! Долдон! Капитан Педро!
     Он  неизменно   называл  Педро  капитаном  и  любил  поболтать  с  ним.
Подвинувшись,  Жоан  де  Адан  уступил  Пуле краешек  своего  ящика,  Долдон
пристроился  на  корточках.  Рядом  продавала  апельсины  и   кокaду  старая

Следующая

56 >