Жоржи Амаду. Мертвое море - НОЧЬ ДАНА ДЛЯ ЛЮБВИ
203 >
одну из радиостанций Баии, люди услыхали, как диктор произнес:
"Люди с пристани просят набожных сеньор прочесть "Отче наш",
прося господа, чтоб удалось отыскать тело моряка, утонувшего прошлой
ночью".
Одна молоденькая девушка (жених которой был лоцман) вскрикнула,
выскочила из-за стола, заперлась у себя в комнате и начала истово
молиться.
Родолфо пришел, когда все собирались уходить. Он только что
узнал, весь день он проспал где-то. Он присоединился к тем, кто
отправлялся на поиски. На сей раз вышли два парусника, Манека Безрукий
вел "Крылатый бот". С ним были Родолфо и старый Франсиско. Другие шли
на "Вечном скитальце". Парусники взяли курс на порт Санто-Антонио.
Свеча покачивалась на воде там, где ее оставили прошлый раз.
Парусники пошли вместе, рядом. В ночь тысячи звезд свеча поплыла по
морю, ища тело погибшего.
Все глаза жадно следуют за ее движением. Она плывет медленно,
заплывая то в одну, то в другую сторону, не останавливаясь. На обоих
судах паруса спущены. Луна бледным светом ударяет в их корпуса. Ночи
на море, прекрасные, как эта, даны для любви. В такие ночи женщин,
особенно страшащихся за жизнь своих мужей, ждет большая любовь.
Сколько ночей, подобных этой... - Ливия, уронив голову на грудь, все
вспоминает и вспоминает, - сколько ночей, подобных этой, провела она
возле Гумы, и голова любимого склонялась к ее плечу, и огонек его
трубки смешивался со светом тысячи звезд... Когда он возвращался
штормовой ночью, бывшей всегда для Ливии ночью страдания, они вместе
шли на палубу своего судна и обнимали друг друга под дождем, при свете
молний. И страсть и нежность мешались со страхом и со страданием.
Откуда это страдание? Из уверенности, твердой уверенности в том, что
он не вернется после какой-нибудь бури. Эта уверенность делала ее
любовь такой стремительной, порывистой. Он погибнет в море, она
уверена была в этом. Поэтому каждый раз она обнимала и целовала его
так, словно это последний раз. Штормовые ночи, ночи смерти, были для
них ночами любви. Ночи, когда стоны любви летели над морем-океаном,
как вызов... Они особенно страстно любили друг друга в бурю. В ночи,
черные от грозовых туч, в ночи, лишенные звезд, когда луна покидает
осиротелое небо, они обнимали друг друга на палубе, и любовь их имела
вкус разлуки и гибели. В такие ночи, когда ветер властвует надо всем
вокруг, когда норд-ост или свирепый южный дико воют над морем,