Жоржи Амаду. Мертвое море - ЗЕМЛЯ БЕЗ КОНЦА И БЕЗ КРАЯ
24 >
Почему странное волнение не покинуло Гуму от этих слов дяди? Нет,
никак невозможно, чтоб это была его мать, - да ему никто никогда и не
говорил о матери, да он никогда и не думал о ней. Дядина хитрость,
ясно. Женщина, стоящая перед ним сейчас, - это уличная женщина, что
пришла спать с ним. Франсиско не должен был и сравнивать ее с его
матерью, такой, верно, доброй, ласковой... Что общего у его матери со
всеми этими делами, о которых он только что думал? Но женщина подошла
к Гуме и поцеловала так ласково. Так наверно, целует только мать.
Продажные женщины целуют, конечно же, совсем иначе. Голос женщины
звучит тепло и чисто:
- Я оставила тебя так давно... Теперь я никогда больше тебя не
оставлю...
Тогда Гума вдруг принимается плакать, сам не зная почему: потому
ли, что нашел мать, потому ли, что потерял женщину, которую так ждал.
Он смотрит на нее, не зная, что сказать. Сегодня ночью он не
матери ждал, нет. Он ждал нечто совсем иное. Она глядит на него
растроганно, много и взволнованно говорит о Фредерико, каждую секунду
повторяя:
- Я теперь останусь с тобой...
Зачем она пришла? Откуда? Почему обнимает его с таким волнением?
Она ему чужая. Ни разу не вспомнил он о матери. Никто, за все
одиннадцать лет его жизни, не говорил с ним о ней. И приход ее
смешался в нем с волнением совсем иным, она пришла вместе с
искушением, отняв у него что-то, чего он так желал. Он знал теперь,
что это его мать, и вместе с тем она больше походила на женщину,
которую он ждал, потому что запах духов, исходивший от нее, был
запахом тех женщин и тех улиц, и как ни старалась она побороть себя,
но каждое мгновение из уст ее вылетали слова, каких он не хотел бы
слышать от своей матери, и невольно позволяла она себе движения, каких
он не видал у моряцких жен с побережья. Это была его мать, но
Франсиско смотрел на нее слишком пристально, на белую шею и начало
грудей, выступавших из выкаченного ворота платья, на округлые ноги,
видные из-под подола, задираемого ветром... Гуме хочется одного -
плакать. Мужчине плакать стыдно, кто в этом сомневается? А особенно
моряку. Довольно и того, что плачут женщины. Моряк никогда не должен
плакать. Поэтому Гума кусает губы и молчит, ожидая, когда уж она уйдет
и весь этот сон наконец рассеется. Франсиско нравится женщина. Он
думает, что ведь она спала с его братом, она - мать Гумы, но смотрит
на нее, такую свежую, крепкую, и чувствует соблазн. И начинает