Жоржи Амаду. Мертвое море - ЗЕМЛЯ БЕЗ КОНЦА И БЕЗ КРАЯ
37 >
беззаботно болтали, когда Марикота прибежала с плачем.
- Он мне под юбку лезет...
Руфино отправился искать Безрукого. Гума не такой был человек,
чтоб покинуть друга в трудный час, да и законы пристани подобного не
допускают. Пошли они вместе и застали четверку все еще помирающей со
смеху. Руфино поднял руку - споры и жалобы были не в его вкусе, - и
битва разыгралась на славу, Это было на пляже, где солнце раскалило
песок, и оба врага покатились по земле, нанося друг другу бесчисленные
удары. Манека Безрукий, у которого в действительности, правда, были
руки, но одна - кривая и слабая, получив удар Руфино, упал плашмя. Но
и такой бой был неравным - трое против двоих, - и в самый разгар его
Родолфо (дрянной парень, по совести сказать) схватился за нож, и пошла
уж тут резня. У Руфино и сейчас виден шрам под подбородком, и когда
Гума подскочил, то успел лишь отвести нож, направленный в самое лицо
друга. Однако, несмотря на то что силы были неравны, враги бежали.
Негр Руфино вытер кровь и пообещал:
- Этот Родолфо мне еще заплатит. Когда-нибудь я его проучу...
Гума не сказал ничего. Он уважал закон пристани, а закон этот не
разрешает браться за нож, за исключением тех случаев, когда противник
в большем числе. А тех, кто не подчинялся закону пристани, Гума считал
людьми пропащими.
Неделю спустя Родолфо был найден лежащим на песке, с разбитым
лицом, без ножа и без штанов. Руфино выполнил свое обещание.
Гума дружил с Руфино еще со школы. Без отца, воспитанный одной
только матерью, Руфино пробыл в школе недолго. И то, чему он там
выучился, сводилось лишь к одному: он умел ловко татуировать пером и
чернилами якоря и сердца на коже товарищей. Дона Дулсе принималась
было бранить его, но негр смеялся своими кроткими глазами, показывая
большие белые зубы, и дона Дулсе улыбалась ему в ответ. Он оставил
школу, пошел работать, чтоб содержать мать и сестру. Отдал свои
большие сильные руки на службу всем лодочникам, какие нуждались в
помощи. Он греб размашисто и смело, ибо не было на побережье человека,
который более верил бы в благоволение богини моря, чем Руфино.
Когда-нибудь у него будет своя лодка, нет сомнения, он уже просил об
этом богиню во время праздника на молу и послал флакон духов в дар
принцессе Айока (так негры называют Иеманжу), чтоб волоса ее всегда
были душистые. Она дарует ему лодку, ибо он всегда был самым
ревностным плясуном на ее праздниках и еще когда-нибудь будет жрецом