Library

50 >

     Гума спросил:
     - Почему не пошлют буксир?
     Годофредо вздрогнул:
     - Должны  бы  послать,  конечно...  Но компания считает,  что это
слишком дорого обойдется?..  Я ищу храброго  человека.  Компания  дает
двести мильрейсов...
     Ветер хлопал дверью в "Звездном маяке". В первый раз услышали все
гудок корабля,  просящего о помощи.  Годофредо поднял руки (он казался
таким низеньким в этом широком пальто) и сказал почти ласково,  обводя
взглядом людей:
     - Я добавляю еще сто из своего кармана... И клянусь, я позабочусь
о человеке, который решится...
     Все глядели испуганно,  но никто не двинулся. Годофредо обернулся
к Розе Палмейрао:
     - Роза,  ты женщина,  но у тебя больше храбрости,  чем  у  любого
мужчины...  Слушай, Роза, двое моих сыновей на том корабле. Они ездили
в Ильеус, на каникулы... У тебя никогда не было детей, Роза?
     Франсиско шепнул на ухо Гуме:
     - Я ж сказал, что там у него кто-то свой...
     Годофредо умоляюще  протягивал  руки  к  Розе.  Он был так смешон
сейчас - маленький,  одетый в роскошное  пальто,  с  жалким  лицом,  с
дрожащим голосом.
     - Попроси их пойти,  Роза...  Даю  двести  мильрейсов  тому,  кто
пойдет...  Всю жизнь помнить буду...  Я знаю,  они не любят меня... Но
там мои дети...
     - Ваши дети? - Роза Палмейрао глядела за окно, в ночь.
     Годофредо подошел к одному из столиков.  Опустил голову  на  свои
холеные  руки.  Плечи  его  подымались и опускались.  Словно корабли в
море...
     - Он плачет... - сказал Мануэл.
     Роза Палмейрао  медленно  поднялась.  Но  Гума  уже  стоял  возле
Годофредо:
     - Ладно, я пойду...
     Старый Франсиско улыбнулся. Он взглянул на свою руку, где у локтя
были вытатуированы имя брата и названия  затонувших  шхун.  Оставалось
место для имени Гумы. Шавьер отставил свой стакан:
     - С ума сошел... Да и не поможешь...
     Гума вышел   навстречу   тьме.  Глаза  Розы  Палмейрао  светились
любовью. Годофредо протянул руки вслед Гуме:
     - Привези моих сыновей...
     Гума исчез во тьме ночи.  Поднял  паруса,  поставил  шлюп  против
ветра.  Еще  виднелись  вдали те,  что проводили его до причала.  Роза
Палмейрао и старый Франсиско махали ему вслед. Шавьер крикнул:
     - Привет Матери Вод...
     Шкипер Мануэл обернулся в гневе:
     - Никогда нельзя говорить человеку, что он идет на смерть...
     Он поднял глаза,  проследил тень шлюпа, удалявшегося по свинцовым
волнам:
     - Жаль. Он был еще ребенок...

     Звезды исчезли.  Луна и не всходила этой ночью,  и потому на море

Следующая

50 >