Жоржи Амаду. Мертвое море - ЗАКОН ПРИСТАНИ
51 >
не было песен и слов о любви. Волны бежали, тесня друг друга. И это в
самой бухте, далеко еще до волнолома. Как же должно быть там, снаружи,
где море свободно?
"Смелый" с трудом отплывает от пристани. Гума старается
разглядеть что-нибудь впереди. Но все вокруг черным-черно. Самое
трудное - это начало, когда надо плыть против ветра. А потом начнется
бешеный бег по воле взбесившегося ветра, по морю, принадлежащему уже
не лодкам и шхунам, а большим кораблям. Гуме видны еще смутно знакомые
тени там, на берегу. Все еще трепещет, махая ему, рука Розы Палмейрао,
самой храброй и самой нежной женщины из всех, кого приходилось ему
встречать. Гуме только двадцать лет, но он узнал уже любовь не с одной
женщиной. И ни одна не была еще такой, как Роза Палмейрао, не лежала в
его объятьях такой любящей, такой ласковой. Море сегодня сходно нравом
с Розой Палмейрао, когда она не в духе. Море сегодня свинцового цвета.
Вон рыба вспрыгнула над водой. Ее не страшит буря. Напротив, радует -
мешает рыбакам выходить на лов... "Смелый" с трудом пересекает воды
залива. Волнолом уже близок. Ветер носится вокруг старого форта,
влетает в пустынные окна, играючи хлопает по стволам старые, давно уже
бездействующие пушки. Гуме уже не видны знакомые тени на берегу. Может
быть, Роза Палмейрао плачет. Она не такая женщина, чтоб плакать, но
она так хотела иметь сына, совсем забыв, что ей уже поздно. Гума был
для нее и любовником и сыном. Почему в этот смертный час вспомнил он
вдруг мать, что ушла навсегда? Гуме не хочется думать о ней. В любви
Розы Палмейрао есть что-то от любви матери. Она и не моложе, чем его
мать, и часто она ласкает его, как сына, и, забыв о поцелуях страсти,
целует его с материнской нежностью... "Смелый" скачет вверх и вниз по
волнам. "Смелый" продвигается вперед с трудом. Волнорез видится все на
том же расстоянии. Такой близкий и такой далекий. Гума сбросил
промокшую рубашку. Волна прокатилась по палубе из конца в конец. Что
же, наверно, делается там, за гаванью?.. Роза Палмейрао хочет иметь
ребенка. Устала драться с солдатами, отсиживать за решеткой, устала от
ножа за поясом, от кинжала на груди. Она хочет сына, которого можно
будет ласкать, которому можно будет петь колыбельные песни. Как-то раз
Гума задремал в ее объятьях, и Роза пела:
Спи, мой маленький, скорее,
чтобы бука не пришел...
Она забыла, что он ее любовник, и превратила его в сыночка,
укачивая на коленях. Быть может, именно этим она и вызвала гнев