Library

55 >

красиво,  не  станет  такой  нищеты,  как  сейчас,  человек  не  будет
рисковать жизнью за двести мильрейсов.
     Кажется, он снова  не  на  верном  пути.  Слышен  гудок  корабля,
зовущий на помощь. Но волна, набежавшая на шлюп, слишком высока, она с
силой обрушивается на руль и отступает, унося с собой Гуму. Он плывет,
пытаясь добраться туда,  где "Смелый" кружит по воле ветра,  одинокий,
со сломанной мачтой.  Быть может,  все уже заключилось,  а у Гумы  нет
даже заветного имени, чтоб произнести в свой час. Не настало еще время
для его смерти.  И не пришла еще к нему  "его  женщина"...  Он  плывет
отчаянно  сквозь  огромные волны,  вот он уцепился за борт шлюпа,  вот
схватил руль рукою.  Но его  несет  теперь  в  сторону  от  заблудшего
корабля,  уже смутно виднеющегося вдали. Он борется с ветром, с водою,
с дрожью своего тела, объятого холодом.
     Снова начинается бешеный бег.  Гума стиснул зубы. Он не чувствует
никакого страха.  Надо покончить разом со всем  этим.  Близко,  совсем
близко  светлое  пятно освещенного корабля.  Дождь падает,  свинцовый.
Ветер порвал паруса "Смелого",  но Гума уже здесь,  у  высокого  борта
"Канавиейраса", и кричит громко, чтобы услышали там, наверху:
     - Трап!
     Матросы кидаются к борту. Сбрасывают вниз веревку, чтоб привязать
"Смелого".  Потом - опасный подъем по колеблющемуся  трапу.  Два  раза
Гума  чуть не сорвался,  и тогда бы не было спасения - он был бы зажат
между кораблем и шлюпом и раздавлен.
     Гума улыбается.  Он весь пропитан водой, но все-таки счастлив. На
пристани думают,  верно,  в эту пору,  что он уже мертв,  что тело его
плывет в объятиях Иеманжи.
     Гума подымается на капитанский  мостик,  англичанин  вручает  ему
судьбу  корабля.  Машинисты  приводят  в действие двигатели,  кочегары
оживляют огонь, матросы становятся по своим местам Гума ведет корабль.
Гума командует положением. Гума отдает приказы. Только так, наверно, и
может такой человек,  как он, стать капитаном большого корабля. Только
с помощью Иеманжи,  силою ее волшебства. Это неповторимая ночь в жизни
Гумы.  Назавтра уже ни этот важный англичанин, ни сам Годофредо даже и
не заметят его,  когда он будет плыть мимо на своем "Смелом". Никто не
назовет его героем.  Гума знает это.  Но знает и то,  что  всегда  так
было,  и  разве  только  чудо,  о  котором  мечтает дона Дулсе,  может
изменить такое положение вещей.
     Два часа спустя - буря еще свирепствовала над городом и над морем
- "Канавиейрас" приставал к берегу. Паруса "Смелого" были разорваны, в

Следующая

55 >