Жоржи Амаду. Мертвое море - КОРАБЛЬ БРОСАЕТ ЯКОРЬ
73 >
- Ты помнишь моего отца?
- Старого Конкордиа? Помню, конечно... Он еще винный погребок
держал, на базаре.
- Точно. Но мать мою ты не можешь помнить. Она умерла, когда я
родился.
Он поглядел на воду. Помолчал. Потом бросил взгляд в трюм, где
был Гума, раскладывающий тюки.
- Я слушаю, говори.
- Так вот: старый Конкордиа никогда не был женат на ней...
Гума поднял голову и удивленно взглянул вверх. Он увидел, что
Родолфо стоит на корме у самого борта и задумчиво смотрит на воду.
Зачем он пришел? Зачем рассказывает все это?
- Настоящая его жена жила в городе, на одной из улиц верхней
части города. Когда отец умирал, он все рассказал мне... Ты сам
видишь, я ничего не сделал, не пошел к этой женщине, его жене - что
мне было там делать? Остался здесь с этим дырявым корытом, что мне
оставил старик и на котором плавал раньше он сам. А потом я выбрал
другую жизнь, здешняя меня не очень-то тянет.
Гума поднялся наверх, уложив уже груз. Он сел напротив Родолфо.
- Жизнь и правда не легкая... Но что ж остается?
- Так и есть... Ушел я и с тех пор и качусь из одного места в
другое.
Он опустил голову:
- Ты ведь знаешь, что я уж понюхал тюрьмы... Так вот, недавно иду
я себе спокойно, достал немного деньжонок - выгодное дельце
подвернулось с полковником Бонфином... Вот тут-то я и наткнулся на
сестру...
- У тебя есть сестра?
- Да я и сам не знал. Старик ни разу не обмолвился про дочку.
Велел только разыскать его жену, она, мол, знает, что у него сын есть,
и примет, и растить станет, как своего.
- И у нее была дочь...
- В тот день, о котором я рассказываю, мы и встретились. Она
знала обо мне и разыскивала. С тех пор как мать умерла, - около года.
- А где ж она столько времени жила?
- У тетки, верней, у дальней родственницы какой-то.
- Родственницы старого Конкордиа?
- Нет, видно, матери. Не разберешь толком.
Гума никак не мог понять: какое он-то имеет отношение ко всему
этому? Зачем Родолфо рассказывает ему эту историю?
- Так вот, друг. Девчонка меня разыскала. Говорила, что поможет
мне встать на верный путь, много чего говорила, умно так. И вот что я
тебе скажу: клянусь богом, лучше этой девчонки я в жизни не
встречал... Она моложе меня, восемнадцать лет всего. Исправить меня
она, конечно, не исправит, я уж, верно, совесть-то совсем потерял. Кто
ступит на эту дорожку, тому с нее не сойти...