Жоржи Амаду. Мертвое море - ПЕСНИ ПРИСТАНИ
8 >
притаилась Жудит, слышатся глухие рыдания, и руки Ливии подымаются и
опускаются в каких-то ласковых взмахах. Потом пришли шкипер Мануэл и
Мария Клара - глаза у них сонные.
Ничто не напоминает более о недавней буре. Даже Мария Клара
прервала свои любовные вздохи. Ничто не напоминает о буре. Но почему ж
тогда Жудит плачет, почему Жудит стала вдовой, почему люди собрались
здесь и ждут, когда принесут два мертвых тела? Негр Руфино охотно бы
ушел отсюда, убежал бы, укрылся бы в радости объятий, которые раскроет
для него Эсмералда. Тяжело ему видеть этот печальный дом, горе Жудит,
он сам не свой, не знает, куда деть руки, и чувствует, что будет еще
тяжелей, когда принесут труп Жакеса и придется всем смотреть на
последнее свидание Жудит с ее мужем, с человеком, который любил ее,
который владел ее телом, от которого у нее сын.
Ливия держится стойко. И так она еще красивее. Кто отказался бы
жениться на Ливии, чтоб она плакала по нему, когда он утонет в море?
Сейчас она нежна с Жудит, как сестра.
Ей, наверно, тоже хочется бежать отсюда, идти на берег, ждать
Гуму, ждать под звездами своей ночи любви. Всем больно от боли Жудит,
и Мария Клара думает, что когда-нибудь так же вот и шкипер Мануэл
останется на дне морском в бурную ночь, и Ливия покинет берег, где
ждала Гуму, чтоб принести печальную весть и ей, Марии Кларе. Она с
силой прижимает к себе локоть шкипера Мануэла, который спрашивает:
- Ты что?
Но Мария Клара плачет, и шкипер Мануэл не настаивает на своем
вопросе. Принесли графин с водкой. Ливия уводит Жудит в комнату. Мария
Клара идет с ними и теперь сменила Ливию - плачет вместе с вдовою,
плачет о самой себе.
Ливия возвращается к остальным. Мужчины теперь тихонько
переговариваются о чем-то, обсуждают недавнюю бурю, вспоминают отца с
сыном, погибших нынче ночью. Один негр замечает:
- Старик-то был сила... Храбрец, каких и не сыщешь...
Другой начинает рассказывать давнюю историю:
- Вы помните все, наверно, тот ураган в июле? Так вот Раймундо...
Кто-то открывает графин с водкой. Ливия проходит между мужчин и
направляется к двери... Ей слышен отсюда гул спокойного моря, гул
вечный, однообразный, гул каждого дня... Гума, наверно, скоро вернется
и, конечно, придет искать ее сюда, к Жудит. В сумраке, скрывшем
пристань, ей видятся вдали приближающиеся паруса рыбачьих шхун. И
вдруг ее охватывает то же дурное предчувствие, что недавно Марию