Жоржи Амаду. Бескрайние земли - 12
110 >
В эту ночь разнузданных страстей, чаяний и грез вокруг леса
зажглись огни. Керосиновые лампы в доме Орасио и в доме Бадаро. Свеча,
которую дона Ана поставила у подножья статуи богородицы в алтаре
каза-гранде, моля помочь Бадаро. Свеча, зажженная у тела покойного,
которого несли к дочерям в Феррадас. Огни на фазенде Бараунас, куда
почти одновременно прибыли Жука Бадаро и Манека Дантас, чтобы
переговорить с Теодоро. Красный и дымный свет коптилок в хижинах
работников, проснувшихся раньше обычного, чтобы послушать рассказы о
негре Дамиане, который дал промах и скрылся неизвестно куда. Свет в
доме Фирмо, где дона Тереза на кровати из жакаранды ожидала мужа. Огни
в домах мелких землевладельцев, разбуженных неожиданным прибытием
Фирмо с жагунсо Орасио: Фирмо привез им приглашение на завтрак к
полковнику. Вокруг леса горели огни фонарей, светильников, ламп и
коптилок. Они обозначили границы леса Секейро-Гранде с севера и с юга,
с востока и с запада.
Люди верхом или пешком кое-где пересекали небольшие участки леса,
чтобы сократить путь. Они ездили с фазенды на фазенду, с плантации на
плантацию и приглашали на переговоры, которые должны были состояться
на следующее утро. Людские страсти зажгли вокруг леса огни, люди
галопом поскакали по дорогам. Но ни огни, ни топот не разбудили лес
Секейро-Гранде; вековой сон лежал на его стволах и ветвях. Отдыхали
ягуары, змеи и обезьяны. Не проснулись еще птицы, чтобы приветствовать
зарю. Только светлячки - фонарики призраков - освещали своим
изумрудным огнем густую зелень деревьев. Лес Секейро-Гранде спал, а
вокруг жадные до денег и власти люди строили планы его завоевания. В
сердце сельвы, в самом укромном месте леса, освещенном мигающими и
мерцающими огнями светлячков, спал колдун Жеремиас.
Ни деревья, ни животные, ни колдун не подозревали, что лес
находится в опасности, что он окружен корыстными и честолюбивыми
людьми, что дни гигантских деревьев, диких животных и страшных
призраков уже сочтены. Колдун спал в своей убогой хижине, спали
деревья и животные.
Сколько лет могло быть этому негру Жеремиасу с седыми курчавыми
волосами, с затуманившимися незрячими глазами, с согбенным телом,
тощему, с лицом, изрезанным морщинами, с беззубым ртом, неясно
бормотавшим какие-то слова, смысл которых надо было угадывать?
На двадцать лиг вокруг Секейро-Гранде никто не знал этого. Для