Жоржи Амаду. Бескрайние земли - 7
149 >
поддержкой педагогов? Он пересек школьный двор, прошел через залу.
Сейчас Жессе забыл и про Эстер, и про Теодоро, и про лес
Секейро-Гранде. Мысли его были заняты праздником, подготовляемым
школой в связи с Днем дерева, который должен был вскоре отмечаться. По
двору бегали мальчишки, они так и вертелись под коротенькими ножками
врача. Он поймал двух-трех, велел им найти помощницу директора и
учительницу португальского языка. Затем прошел через одну из классных
комнат - мальчики встали при его появлении. Он знаком велел им сесть,
прошел в другую залу. Помощница директора и несколько учительниц уже
ждали его.
Он уселся, положил шляпу и чемоданчик на стол. Вынул платок,
вытер пот, струившийся по его полному лицу.
- Программа праздника уже составлена... - сообщила помощница
директора.
- Отлично, посмотрим...
- Сначала состоится заседание. Речь...
- Доктор Виржилио не сможет выступить: он завтра уезжает в Ильеус
по делу полковника Орасио... Пусть говорит Эстанислау...
Эстанислау был частным учителем, присяжным оратором на каждом
празднике, устраивавшемся в Феррадасе. В каждой речи, по поводу любого
события он применял одни и те же выражения и одни и те же образы. В
Феррадасе немало людей знали "речь Эстанислау" наизусть.
- Какая жалость!.. - воскликнула худенькая учительница,
поклонница Виржилио. - Доктор говорит так хорошо, и сам он такой
красивый...
Все рассмеялись. Жессе все еще вытирал пот.
- Что же я могу поделать?
Помощница директора продолжала:
- Так вот: сначала состоится торжественное заседание в школе.
Речь скажет учитель Эстанислау (она заменила имя на бумажке, которую
читала). Потом ученики будут декламировать. Затем все споют хором
"Гимн дереву". И наконец - церемония выпуска учеников, все
отправляются на площадь. Там намечено: посадка дерева какао, речь
доктора Жессе Фрейтаса и чтение стихов учительницы Ирен.
- Очень хорошо, прекрасно, - говорил врач, потирая руки.
Он открыл чемодан, вытащил из него несколько листов бумаги,
разрезанных вдоль. Это была его речь. Жессе начал читать ее
учительницам. Понемногу он воодушевился, даже встал; теперь он читал
громко и с важностью, сильно жестикулируя. Детвора собралась на пороге
зала и ужасно шумела, несмотря на неоднократные предупреждения
помощницы директора. Но для доктора Жессе это не имело значения. Он
был опьянен своей речью и читал ее с пафосом:
