Library

4 >

социологов,  этнографов добросовестный и тщательный показ тех событий,
которые находят свой отголосок в  романах  Амаду:  лихорадку  кофейных
плантаций  и  какао,  тяжбу  между  плантаторами,  нищенство батраков,
хищнический налет иностранных капиталистов,  начало рабочего движения,
рост недовольства,  борьбу за национальную независимость,  восстание в
Натале и в других городах,  исход голодающих крестьян с севера  на  юг
через пустыню смерти, алчность и грубость янки, геройство коммунистов.
Жоржи Амаду,  как и всякий подлинный писатель, не описывает событий, а
раскрывает нам людей, участвующих в этих событиях. Может быть, о жизни
в Бразилии мы знали и без него, во всяком случае, мы могли бы узнать о
ней без его романов,  но он открыл нам душевный мир бразильцев; в этом
объяснение того успеха,  которым пользуются его книги и в  Бразилии  и
далеко за ее пределами.
     Художественная проза   знает   множество    различных    приемов.
Современные   французские   романисты,  будь  то  большие  или  малые,
передовые или реакционные,  почти всегда стараются рассказать о  своих
героях;  автор  неизменно  присутствует  на  сцене,  ставит проблемы -
философские,  моральные или  политические,  рассуждает  об  истине,  о
пороках, о заблуждениях. Крупные писатели Америки, как Северной, так и
Южной,  чрезвычайно редко рассуждают.  Присутствие автора читатель  не
сразу  заметит.  Зато  он  сразу  входит в жизнь героев,  чувствует их
рядом,  убежден в их реальности.  Такие романисты  не  рассказывают  о
людях,  они их показывают.  К ним относится и Жоржи Амаду. Может быть,
прямой показ людей объясняется описываемым материалом:  по сравнению с
героями  западноевропейских  писателей люди Америки кажутся молодыми и
непосредственными.
     Для того чтобы раскрыть душевный мир героев,  писатель должен сам
много пережить, узнать страсти, радости, страдания; он должен обладать
даром  перевоплощения,  умением  почувствовать  себя на месте того или
иного изображаемого  им  человека.  Конечно,  каждому  ясно,  на  чьей
стороне  симпатии Амаду:  меньше всего его можно упрекнуть в моральном
или гражданском нейтралитете;  но и тех людей,  которых он осуждает, с
которыми  он  борется,  он  показывает  как  живых,  способных любить,
радоваться,  отчаиваться. Это спасает его от шаржа, от плакатности. Мы
верим   в   существование  его  героев,  почти  физически  ощущаем  их
присутствие.  Мне думается,  что такая реальность изображаемого мира и
есть   реализм   художника,   а   не   размышления,   предпосылки  или

Следующая

4 >