Library

49 >

исключением,  впрочем,  Жени,  которая  собиралась  стать  монахиней и
проводила дни в молитвах. Эстер и Лусия, считавшиеся в пансионе самыми
элегантными и самыми красивыми девушками,  в мечтах давали волю своему
воображению.  Они подолгу беседовали между собой во время прогулок  во
дворе пансиона, во время перемен, вечерами в тишине дортуаров.
     Эстер перестала играть,  последний  аккорд  замер  в  чаще  леса.
Счастливое  было  время  в  пансионе!  Эстер  вспомнила об одной фразе
сестры Анжелики,  самой симпатичной из всех монахинь.  Как-то  подруги
говорили о том,  что им хотелось бы как можно скорее закончить пансион
и зажить бурной светской жизнью.  Сестра Анжелика  положила  Эстер  на
плечи свои нежные, тонкие руки и сказала:
     - Нет лучше  времени,  чем  это,  Эстер,  сейчас  вы  еще  можете
мечтать.
     Тогда она не поняла ее. Понадобились годы, чтобы эта фраза пришла
ей на память, и теперь Эстер вспоминала ее почти ежедневно. Счастливое
было время!..
     Эстер подходит к гамаку на веранде.  Отсюда она видит дорогу, где
время  от  времени  появляется  и   исчезает   какой-нибудь   рабочий,
направляющийся  в Табокас или Феррадас;  видит баркасы,  где на солнце
сушится какао, перемешиваемое черными ногами рабочих.
     Закончив обучение,  Эстер  приехала  в  Ильеус;  ей  не  пришлось
побывать  даже  на  свадьбе  Лусии   с   доктором   Алфредо,   врачом,
пользующимся широкой известностью. Подруга сразу же уехала в свадебное
путешествие - сначала в Рио-де-Жанейро,  а затем  в  Европу,  где  муж
специализировался  в  лучших  больницах.  Осуществились  планы  Лусии:
дорогие платья, духи, пышные балы - все было к ее услугам.
     Эстер размышляет  о  том,  как непохожи оказались их судьбы.  Ее,
Эстер,  судьба забросила  в  Ильеус,  в  совсем  иной  мир.  Маленький
городок,  который в то время едва начинал расти,  город авантюристов и
земледельцев, где только и говорили о какао да об убийствах.
     Они жили   в  бельэтаже  над  магазином.  Из  своего  окна  Эстер
наблюдала скучный  пейзаж  города  -  со  всех  сторон  холмы.  Ее  не
соблазняли  ни  жизнь  в  Рио-де-Жанейро,  ни  море.  Для  нее красота
заключалась только в такой жизни, какую ведет Лусия: Париж, балы. Даже
в  дни,  когда приходили пароходы,  когда весь город оживлялся,  когда
появлялись столичные газеты, когда бары заполнялись людьми, спорившими
о  политике,  даже  в эти похожие на праздник дни Эстер не переставала
грустить.  Мужчины восхищались ею и  оказывали  знаки  внимания.  Один

Следующая

49 >