Жоржи Амаду. Бескрайние земли - 7
78 >
- Баккара...- объявил Орасио, постучав по бокалу, и над столом
раздался мелодичный, тихий звон. - Эти бокалы стоили мне немалых
денег... Я купил их к своей свадьбе. Посылал за ними в Рио.
Виржилио пригубил из бокала; капли португальского вина, словно
кровь, окрашивали прозрачный хрусталь. Он поднял бокал:
- Какой утонченный вкус...
Он обращался ко всем, но его взгляд задержался на Эстер, как бы
говоря ей: он, Виржилио, прекрасно знает, у кого такой хороший вкус.
Адвокат говорил красивым, сочным и мелодичным голосом, тщательно
подбирая слова, как если бы выступал на конкурсе ораторского
искусства. Он смаковал вино с видом знатока, пил маленькими глотками,
чтобы лучше оценить качество вина. Его изысканные манеры, томный
взгляд, белокурая шевелюра - все это представляло контраст с залой.
Орасио смутно чувствовал это. Даже Манека Дантас отдавал себе в этом
отчет. Но для Эстер не существовало залы. Появление молодого адвоката
сразу вырвало ее из теперешней обстановки и унесло в прошлое. Она
почувствовала себя так, словно она еще в монастырском пансионе, на
большом новогоднем празднике, когда они, воспитанницы, танцевали с
самыми изысканными и благовоспитанными юношами Баии. Она всему
улыбалась, старалась казаться остроумной и изящной. На нее нашла
тихая, почти радостная задумчивость. "Это вино во всем виновато", -
решила Эстер. Действительно, вино слегка ударило ей в голову. Она
подумала и выпила еще, но пьянела она больше от слов Виржилио.
- Тут был как-то праздник в доме сенатора Лаго... Бал, которым
отмечалось его избрание. Какой это был праздник, дона Эстер! Что-то
неописуемое! Общество собралось самое аристократическое. Были там и
сестры Пайва. - Эстер была знакома с Пайва, они вместе учились в
пансионе. - Мариинья была просто очаровательна в платье из голубой
тафты. Прямо мечта...
- Она красивая... - отозвалась Эстер, и в голосе ее послышалась
некоторая сдержанность, не ускользнувшая от Виржилио.
- Однако говорят, что в свое время она была не самой красивой
девушкой в пансионе... - заметил адвокат, и Эстер покраснела. Она
выпила еще вина.
Виржилио продолжал разглагольствовать. Он заговорил о музыке,
упомянул название одного вальса, Эстер припомнила мелодию.
Вмешался Орасио:
- Знаете, Эстер - прекрасная пианистка.
В голосе Виржилио прозвучала нежная мольба:
- Если так, после обеда, надеюсь, мы будем иметь удовольствие